(no subject)
Nov. 17th, 2020 09:21 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
ordinatorsdreamЯ - НАШ МАЛЬЧИК
Ходил к нам маленький мальчик - забивать гвозди.
Мой отец выдавал ему мешочек гвоздей, молоток и обрезок доски.
И Женя, сидя на корточках, вбивал гвозди в эту доску до тех пор, пока на ней оставалось место. Пока не получался ёжик.
Работал он ловко и терпеливо, гнутые гвозди не отбрасывал, а выпрямлял - и забивал снова.
Когда доска заканчивалась, а мешок был ещё не пуст - продолжал забивать гвоздики в землю рядом.
Словом - идеальный ребёнок, деликатный самозанятый труженик.
Нам Женя ещё нравился тем, что внешне был копией своего папы, моего дружка и ровесника Аркаши. Носик клювиком, тёмные кудри и чёрные глаза. И спокойствие.
Я глядел на него - и просто проваливался в начало шестидесятых.
Правда, смеяться не умел, как папа. Аркаша хохотал мгновенно и неожиданно от смешного, сразу всхлипывая и давая петушка - заразительно.
А Женя был серьёзен и от смешного серьёзно улыбался, не закатывался.
…Пришли всей семьёй к Жене на участок, мы домами дружили.
И Тотошка с нами.
Бабушка за что-то отчитывает внука, за небольшой даже не проступок - а проступочек. Типа - игрушку на место не убрал.
И мой отец говорит вдруг в шутку - а давайте меняться, вы нам отдаёте мальчика, а мы вам оставляем Тотошку?
Тётя Ида и дядя Миша тут же подхватывают игру - да, да, берите Женю, раз он игрушки на место не кладёт! А мы себе возьмём Тотошку, ещё бы, кто от такого мохнатого откажется…
Взрослые предполагали, что Женя не захочет жить у нас и даст слово, что впредь станет убирать свои вещи на место.
Но пятилетний Женя, не дрогнув, спокойно кивнул кудрявой головой и взял Галочку за руку, и даже уже потянул к калитке - пошли, мол, гвозди заколачивать, пора…
А мой отец прицепил ошейник Тотошки к поводку и в шутку протянул конец дяде Мише.
…И тут до пуделя дошло, что происходит. Он стал метаться, вставать за задние лапы и вглядываться в глаза людей - серьёзно? нет? - возмущённо лаять, прыгать - выдернул поводок из рук дяди Миши, закусил его в зубы и всучил в руки Галочке. И отталкивал от неё Женю - носом осторожно толкая в живот, и не прекратил, пока Галочка не выпустила ладонь мальчика.
…Какой ещё такой мальчик?! Я, я - наш мальчик! - торг и обмен невозможен, забудьте!
…Если даже он не поверил всерьёз, а поддержал игру с ребёнком, вписался всей душой в предложенные обстоятельства - то никто ни на небе, ни на земле не в силах был бы разоблачить Тотошку, он не лгал ни одним волоском, весь отдавался спектаклю.
И Галочка обняла его, и погладила, и прижалась щекой, и сказала - никому никогда тебя не отдадим.
И сердце его тревожно стучало, а он косился по сторонам и быстро дышал, приоткрыв пасть с розовым языком.
Ходил к нам маленький мальчик - забивать гвозди.
Мой отец выдавал ему мешочек гвоздей, молоток и обрезок доски.
И Женя, сидя на корточках, вбивал гвозди в эту доску до тех пор, пока на ней оставалось место. Пока не получался ёжик.
Работал он ловко и терпеливо, гнутые гвозди не отбрасывал, а выпрямлял - и забивал снова.
Когда доска заканчивалась, а мешок был ещё не пуст - продолжал забивать гвоздики в землю рядом.
Словом - идеальный ребёнок, деликатный самозанятый труженик.
Нам Женя ещё нравился тем, что внешне был копией своего папы, моего дружка и ровесника Аркаши. Носик клювиком, тёмные кудри и чёрные глаза. И спокойствие.
Я глядел на него - и просто проваливался в начало шестидесятых.
Правда, смеяться не умел, как папа. Аркаша хохотал мгновенно и неожиданно от смешного, сразу всхлипывая и давая петушка - заразительно.
А Женя был серьёзен и от смешного серьёзно улыбался, не закатывался.
…Пришли всей семьёй к Жене на участок, мы домами дружили.
И Тотошка с нами.
Бабушка за что-то отчитывает внука, за небольшой даже не проступок - а проступочек. Типа - игрушку на место не убрал.
И мой отец говорит вдруг в шутку - а давайте меняться, вы нам отдаёте мальчика, а мы вам оставляем Тотошку?
Тётя Ида и дядя Миша тут же подхватывают игру - да, да, берите Женю, раз он игрушки на место не кладёт! А мы себе возьмём Тотошку, ещё бы, кто от такого мохнатого откажется…
Взрослые предполагали, что Женя не захочет жить у нас и даст слово, что впредь станет убирать свои вещи на место.
Но пятилетний Женя, не дрогнув, спокойно кивнул кудрявой головой и взял Галочку за руку, и даже уже потянул к калитке - пошли, мол, гвозди заколачивать, пора…
А мой отец прицепил ошейник Тотошки к поводку и в шутку протянул конец дяде Мише.
…И тут до пуделя дошло, что происходит. Он стал метаться, вставать за задние лапы и вглядываться в глаза людей - серьёзно? нет? - возмущённо лаять, прыгать - выдернул поводок из рук дяди Миши, закусил его в зубы и всучил в руки Галочке. И отталкивал от неё Женю - носом осторожно толкая в живот, и не прекратил, пока Галочка не выпустила ладонь мальчика.
…Какой ещё такой мальчик?! Я, я - наш мальчик! - торг и обмен невозможен, забудьте!
…Если даже он не поверил всерьёз, а поддержал игру с ребёнком, вписался всей душой в предложенные обстоятельства - то никто ни на небе, ни на земле не в силах был бы разоблачить Тотошку, он не лгал ни одним волоском, весь отдавался спектаклю.
И Галочка обняла его, и погладила, и прижалась щекой, и сказала - никому никогда тебя не отдадим.
И сердце его тревожно стучало, а он косился по сторонам и быстро дышал, приоткрыв пасть с розовым языком.
